Диалог с Асмоловым: «Ректорий» как место силы и взлётная полоса
05.07.2021


Диалог с Александром Асмоловым. Часть 2: «Ректорий» как место силы и взлётная полоса для ректоров «без тормозов»

Завершение беседы с Александром Григорьевичем Асмоловым, доктором психологических наук, профессором, академиком РАО, заведующим кафедрой психологии личности факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова, директором по исследованиям развития человека (НИУ ВШЭ), директором Школы антропологии будущего (Институт общественных наук РАНХиГС); членом Совета по развитию гражданского общества и правам человека при Президенте РФ, лауреатом многих наград, замечательным публицистом и создателем уникальной коммуникативной площадки «Ректорий».

12.jpeg

Эдуард Галажинский:

– Александр Григорьевич, по ходу нашего разговора мне вспомнилась одна вещь, которую я неожиданно для себя открыл. Существуют вопросы, которые для нас, психологов, всегда являются очень важными и приоритетными. Они связаны, как правило, со зрелостью личности, формированием её жизненного мира, осознанностью жизни, творчеством. Однако, когда я стал ректором, то решил свои профессиональные интересы не педалировать. Хотя лично для меня всегда было очевидно, что становление человека, его самоопределение, самопонимание и саморазвитие – это ключевая история классического университета. Но мне казалось тогда, что это чисто психологический подход к определению его сущности, который не следует навязывать всему сообществу Томского государственного университета. И вот году так на третьем-четвёртом своего ректорства я осмелел и начал обсуждать эту тему с Георгием Владимировичем Майером, президентом ТГУ. Он физик, почти 20 лет был ректором нашего университета и держателем его традиций. Каково же было мое удивление, когда такие носители университетской культуры, как он, согласились со мной в том, что для классического университета тема становления человека – это, пожалуй, самая главная вещь. Не менее важная, чем формирование исследовательского мышления как основы для профессионализации.

13.jpg

От человека, его мышления и профессионализации мы постепенно вышли на логику трансфессии как движения поверх профессиональных границ при сохранении глубины знаний и формировании профессиональных навыков. К настоящему времени понятие «трансфессия» вошло в наш обиход. Мы даже начали научные конференции по трансфессии проводить. В результате линия по строительству в себе человека стала продвигаться в университете как одна из основных стратегий его развития. Мы сделали несколько соответствующих образовательных программ, факультативные и элективные курсы. В содружестве со Сбером создаётся онлайн-курс по самопознанию, саморазвитию и самореализации. И мы видим, что на это есть реальный запрос. Это как раз та подводная часть айсберга высшего образования, которая не видна, если смотреть на образование только как на услугу.

Услуга – лишь верхушка этого айсберга. Жесткий вопрос «А кто ваш клиент?» – это правильная логика, которая тоже должна быть в университете. Но она не единственная, потому что мы имеем дело с молодёжью, приходящей к нам совсем незрелой в личностном отношении. Наша задача, чтобы молодые люди за годы обучения в ТГУ сформировали у себя систему «правильных» ценностей и личную гражданскую позицию к миру в целом, стране и окружающим людям, а также способность отвечать за свои поступки. Вот эта глубинная трансформация человека – это и есть то главное, что происходит в университете.

Александр Асмолов:

– Вы абсолютно правы, Эдуард Владимирович. И я не потому соглашаюсь, что многие годы дружу с вами, а потому, что у меня была похожая ситуация. Дело в том, что вопрос «А кто ваш клиент?» Герман Оскарович Греф задавал не только вам. Как-то он сказал: «Сегодня главное – это soft skills и знать, кто ваш клиент». Увидев на моём лице, мягко говоря, скептическую улыбку, он продолжил: «Вот вы опять сейчас начнёте про какие-то там свои «вечности» говорить. В образовании, в отличие от бизнеса, часто акцентируется внимание на второстепенном». Тогда я его спросил: «Что важнее: вопрос о клиенте, о soft skills, или вопрос “зачем”?» Последний из этих вопросов ставят в своих книгах Фридрих Ницше («Человеческое, слишком человеческое») и Виктор Франкл («Человек в поисках смысла»). Вот слова Ницше: «Тот, кто знает, ЗАЧЕМ жить, может вынести любое “как”». Франкл, создавший в нечеловеческих условиях самую человеческую систему, сказал об этом похоже: «Тот, кто знает, ЗАЧЕМ, сумеет выстоять любое “как”».

14.jpeg

15.jpegИ я повторяю их слова как мантру, поскольку сегодня перед ректором «университета как универсума», по сути, тоже стоит вопрос ЗАЧЕМ. Вопрос ЗАЧЕМ всегда касается того, что Курт Левин называл «action research» (исследование действием). Когда в 1945 году в Гарварде он создал Центр исследований действием, многие этот факт недооценили. Но потом выяснилось, что именно оттуда и пошли все программы по лидерству и прочим передовым направлениям менеджмента. Почему бизнес сейчас начал бредить так называемым социальным и эмоциональным интеллектом? Да потому что именно здесь и кроется главный секрет: хотите выиграть в бизнесе – начинайте с вопроса ЗАЧЕМ и с мотива! Можно и так: хотите выиграть в бизнесе – ПОНИМАЙТЕ другого человека.
Э.Г.:

– В этом смысле Россия – страна с уникальной научной культурой. В частности, с уникальными психологическими школами, которые серьёзно фундируют проблематику смыслополагания и самореализации и ставят вопрос «зачем».

А.А.:

– И вы идёте именно в этом направлении, когда говорите о трансфессионализме как о движении поверх границ. У меня на столе лежит сборник Бориса Пастернака «Поверх барьеров». Для университета логика Пастернака как логика «поверх барьеров» – это нормальная логика жизненного существования. Термин трансфессионализм роднится с тем термином, о котором в дискуссии с математиками в 1972 году близкий вашему и моему сердцу Жан Пиаже сказал: «Нам не нужны междисциплинарные области знания. Мы уже дошли до того, что нам нужны трансдисциплинарные области знания». И сделал трансдисциплинарность установкой, позволяющей конструировать будущее. Отсюда университет – это, по большому счёту, всё время спонтанно развивающийся гештальт как целостность, о которой говорил великий психолог и философ Макс Вертхаймер. Мы с вами помним два определения гештальта: одно, которое вошло в современные учебники: «Гештальт – это целое, не сводимое к сумме частей»; а другое – то, которое дал сам Макс Вертхаймер: «Гештальт – это целое, внутри которого элементы начинают обладать новыми сверхъестественными свойствами». Так вот университет – это гештальт, который порождает сверхъестественные системные свойства внутри своей системы.

Э.Г.:

– Спасибо, Александр Григорьевич, за такую великолепную метафору, отражающую сущность настоящего университета и одновременно горизонт его развития.

16.jpeg
А.А.:

– Образование и смыслообразование для нас крайне важны, и поэтому не нужно скромничать и прятать подальше свою докторскую диссертацию о самореализации, чтобы не подумали, что вы как ректор хотите, чтобы все занялись самореализацией. Нужно просто радоваться такому совпадению, так как ректор – это лидер, который задает зоны ближайшего развития (ЗБР) своих сотрудников или зоны их ближайшей самореализации. Но вы никогда эти «зоны» не зададите и не достигнете, если будете действовать только в рамках конкретных прагматических задач. Поэтому даже те люди, которые кажутся прагматичными, иногда начинают ставить не совсем прагматические задачи. Вспомните того же Алексея Кудрина, который вдруг решил создать Резервный фонд развития России. Ему говорят – с ума сошёл? Столько денег туда ухнули, для чего это было делать? Но когда начали клевать жареные петухи, именно эта «прозапасность», которая казалось ненужной, спасла экономику страны в тяжелейшей ситуации.

Э.Г.:

– Если понимать университет как сложную многомерную систему и ректоров как людей, ответственных за её развитие, то получается, что такое развитие невозможно без партнеров и компаний, живущих в подобной логике. Однако до определенного момента мне казалось, что она просто не свойственна нашему отечественному бизнес-менталитету, поскольку таких визионерских компаний, как Сбер, у нас единицы. Но недавно в ТГУ состоялся обстоятельный разговор с представителями компании «ЭФКО». Что меня поразило больше всего, так это их философия целостного развития. Они считают, что новое питание можно создавать только теми технологиями, которые работают в логике устойчивого развития и снижают социальное неравенство. Согласитесь, что это совсем другой заход на цель. И они ищут партнеров-единомышленников.

17.jpg

А.А.:

– Два года назад я наткнулся на интервью Сергея Иванова, руководителя компании, о которой вы говорите, и написал своим коллегам: смотрите, он настоящий мастер преадаптации, работает с неопределенностью и благодаря этому будет создавать целостные системы. Меня просто поразило, что где-то в Белгороде есть такие люди, которые, не являясь гигантами, строят большую и уникальную систему.

18.jpeg
Чтобы людей с подобной философией было больше и в самой университетской среде, недавно мы провели семинар для ректоров и проанализировали на нём замечательную вещь, описанную Умберто Эко в его сатирическом романе «Маятник Фуко» и названную им «Университет сравнительных ненужностей». Главной задачей этого уникального учебного заведения была подготовка кадров, способных исследовать как можно больше новых никому ненужных проблем типа «современная шумерская литература», «самоуправление в специнтернатах», «колесо в технологиях доколумбовых цивилизаций» и так далее. Соответственно, ведущей кафедрой в этом университете была кафедра оксюмористики. Так вот именно описание этого замечательного вуза и послужило для меня моделью «Ректория».

Э.Г.:

– Александр Григорьевич, в начале нашего разговора вы говорили, что только ректор «без тормозов» и может «взлететь». Можно ли сказать, что ваш «Ректорий» – это «место силы» и одновременно «взлётная полоса» или «космодром» для таких ректоров? То есть они запитываются там энергией, взлетают, чтобы потом в своих университетах тоже создавать эти места силы, взлетные полосы и космодромы для молодых.

А.А.:

– Да, ваш образ абсолютно точен, и в этом вся суть «Ректория». Кстати, «универсум» у древних понимался ещё и как «космос». Сегодня нужны иные – «космические» – логики образования, педагогики и управления. Иначе мы с вами всё время будем забираться в узкие колеи.

Э.Г.:

– Мы в университете строили и строим подобные площадки: университетскую лигу, лиги деканов, стратсессии, на которых обсуждаются самые разные вопросы образования и управления образованием. Но это наши внутренние инициативы. Ваши же инициативы, Александр Григорьевич, уже в другой размерности. Сегодня системе отечественного образования нужны «взлетные площадки» и «космодромы» самых разных масштабов, на которых и ректоры, и все члены университетского сообщества, включая, конечно же, студентов, могли бы запитываться энергией и креативностью.

А.А.:

– К сожалению, мы часто недооцениваем энергию, а ведь без неё никогда и ничего не получается. «Человек энергичный» – это совершенно уникальное явление!

Э.Г.:

– Да, без энергии вдохновения человек оказывается один на один с системой и административной рутиной.

А.А.:

– Если мы будем энергичными и вдохновленными людьми, то нам, цифровым мигрантам, не придётся думать о том, насколько мы отстали от новых поколений цифровых аборигенов. Мы с вами должны отказаться от нелепой задачи вероятностного прогнозирования будущего. Мы четко понимаем, что будущее может быть только сконструировано. Каждый раз, когда мы, как сейчас, ведем любой разговор о будущем, мы уже его конструируем. И это не утопизм. Повторю свою любимую формулу: «Человек приходит в настоящее не прямо из прошлого, а строит своё настоящее как реализацию образа будущего». Именно этим мы с вами и занимаемся. Тогда мы не отстанем даже от своих внуков!

20.jpg

Беседу записала Ирина Кужелева-Саган


04.10.2021
В этом выпуске блога представлена вторая часть диалога с Мариной Лошак, директором ГММИ им. Пушкина