Наш путь к кампусу 4.0
25.02.2019

Этим блогом хотелось бы продолжить разговор о кампусе эпохи Четвертой промышленной революции и конкретно о кампусе нашего университета, начатый на последнем междисциплинарном семинаре при Ученом совете ТГУ. Он проходил в логике обсуждения кампусного пространства с точки зрения стратегических задач вуза и индивидуальных стратегий и базовых потребностей обучающихся и работающих в нем людей. Именно такая логика и кажется мне правильной.

Тема реновации кампусов становится очень актуальной по ряду причин. Во-первых, такая реновация помогает любому университету трансформироваться в целом, в контексте современных трендов (глобализации, цифровизации, сетевизации и т.д.). Во-вторых, обеспечивает ему соответствующий – «инновационный» – имидж, что важно для позиционирования на рынках образовательных услуг в условиях высокой конкуренции. Наконец, она является обязательным фактором удовлетворения растущих потребностей самого университетского сообщества.

Еще совсем недавно считалось, что любое обновление кампуса – это всегда благо для университета. И особенно то, которое сопровождается строительством уникальных с архитектурной точки зрения объектов: учебных корпусов, конгресс-холлов, библиотек. Как правило, такие объекты отличаются крупными масштабами, открытыми пространствами («open spaces»); использованием, преимущественно, стекла, бетона и металлоконструкций. И предназначаются они для одновременного пребывания большого количества людей.

2_3_.jpgНо сегодня становится понятно, что гонка за оригинальностью, масштабностью и желанием произвести неизгладимое впечатление на внешние целевые аудитории часто имеет и свою оборотную сторону. Она заключается в снижении уровня комфортности для тех, кто учится и работает в таких зданиях. В качестве примера можно привести архитектурный комплекс Сколково, в котором с высоты птичьего полета безошибочно угадываются контуры известной картины русского художника-авангардиста Казимира Малевича «Супрематизм».

С одной стороны, такой имиджевый ход понятен, поскольку, по словам руководителей этого учреждения, Сколково – это «территория, лишенная исторических корней». И важно было найти героев-инноваторов, на которых можно было бы опереться в позиционировании инновационной управленческой школы. А Малевич и есть такой инноватор в живописи. С другой стороны, сегодняшние руководители школы признают, что многие вещи оказались в этом архитектурном комплексе непродуманными и неудобными. Ресурсов затрачено много, а результаты получились далеко не такими, на которые рассчитывали.

Думаю, большинство тех, кто имеет отношение к университетской жизни, могли бы согласиться с тем, что любое преобразование в кампусе вызывает неоднозначные реакции со стороны представителей разных групп академического сообщества. Это и не хорошо, и не плохо. Но это то, что нужно обязательно иметь в виду перед тем, как планировать какие-либо серьезные изменения в кампусном пространстве. В последнее время, наконец-то, стали появляться и специальные исследования, показывающие, насколько могут отличаться пространственные предпочтения студентов и преподавателей. И дело не только в возрастных различиях, но и в психотипических. То, что вдохновляет одних, мешает сосредоточиться другим, и наоборот. Очевидно, что в кампусе нужны РАЗНЫЕ пространства. Разные с точки зрения своих размеров, планировки, дизайна, функций. При этом нельзя забывать и о таких базовых потребностях людей, как еда, питье, отдых и так далее. По сути, кампус – это «город в городе», поддерживать и развивать инфраструктуру которого нужно постоянно.

12.JPG

И в этом смысле за последние шесть лет в нашем кампусе сделано немало: введено в строй новое общежитие «Парус» с открытием в нем кафе и ряда сервисов для студентов, отремонтированы интерьеры и фасады старых общежитий, полностью оборудован и запущен новый учебный корпус Института экономики и менеджмента, заработали новые социальные пространства и специализированные залы в Научной библиотеке, отремонтированы места общественного пользования в общежитиях и многих учебных корпусах, обновлен дизайн музея археологии и этнографии в главном корпусе.

Но многое из задуманного пока еще не сделано. К сожалению, существует целый ряд ограничений, мешающих развивать наш кампус так быстро, как хотелось бы. Особенно это касается сферы общественного питания. Самым сложным и непреодолимым здесь является получение от Министерства соответствующих разрешений на сдачу в аренду каких-либо площадей университета. Даже если это площадь в один квадратный метр для установки вендингового кофейного аппарата. Официально цикл подготовки и утверждения таких нормативно-разрешительных документов должен занимать «всего» 6 месяцев. Такой срок объясняется тем, что по Уставу университета сначала документы изучаются и утверждаются Наблюдательным советом вуза, а он собирается не чаще, чем раз в полгода. Далее их должна рассматривать и утверждать соответствующая комиссия при Министерстве образования и науки РФ. Но из-за смены министров и общей реструктуризации Министерства комиссия по аренде в нем до сих пор даже не создана, и наши неоднократные заявки на запуск в кампус арендаторов из общепита пребывают в нетронутом виде.

8.png

Из-за этого мы вынуждены сами держать кафе, которые изначально являются убыточными. Одна из причин этого в том, что мы, в отличие от коммерческих предприятий, не можем отправлять сотрудников кафе в отпуск на все три летних месяца, когда количество студентов и преподавателей в кампусе резко уменьшается. Мы вынуждены даже в «мертвый» сезон платить всем им зарплаты. При этом наши кафе производят продукцию далеко не самого лучшего качества, поскольку мы, связанные госконтрактом, обязаны покупать самые дешевые, а не самые качественные продукты. И так далее. Вывод простой: при нынешней системе отчетности и финансовой дисциплины государственные учреждения не могут быть конкурентоспособными с индивидуальными предпринимателями. Единственный выход – это отдать все площади в аренду на конкурсной основе. И вот здесь возникает замкнутый круг, поскольку комиссии по аренде в Министерстве еще нет. Но мы намерены его разорвать. Будем стараться обращаться к руководству Министерства напрямую, поскольку дольше терпеть такую ситуацию невозможно.

Если же говорить об общей стратегии дальнейшего развития кампуса ТГУ, то она основывается на ключевом вопросе – ДЛЯ ЧЕГО? Для чего, в первую очередь, нам нужно его развивать? Мы отвечаем так: для укрепления междисциплинарных и межкультурных коммуникаций, а также для того, чтобы идти в ногу с цифровой эпохой и быть высоко конкурентоспособными. Все это для нас очень важно, поскольку мы видим себя университетом, движущимся в сторону глобальных образовательных рынков, ориентируясь на формирование современных исследовательских компетенций и привлечение талантов со всего мира.

Междисциплинарность развивается, прежде всего, в коммуникациях. Руководители самых передовых научных коллективов это уже давно поняли и стараются содействовать их развитию всеми возможными способами.

9.jpeg

Так, например, несколько лет назад во время посещения лаборатории известного американского психолога и генетика Роберта Пломина в Королевском колледже Лондона, занимавшей отдельный корпус, я обратил внимание на два момента. Первый: там не было кабинетов, в которых работали бы представители только одного дисциплинарного направления. В них были «перемешаны» психологи, генетики, социологи, биологи, математики. Второй: сотрудникам лаборатории было строго запрещено пить кофе и чай в своих кабинетах. Хочешь пить чай – иди в общую комнату, где стоят все кофе-машины и чайники. Сейчас, возможно, там все уже и по-другому, но тогда было так. Ученые-визионеры вводили такие жесткие правила, чтобы активизировать междисциплинарные коммуникации. В культуре нашего университета такие правила вряд ли приемлемы. Заставлять людей приходить куда-либо – некорректно. Поэтому нам необходимо ориентироваться на пространственные решения, обеспечивающие междисциплинарную синергию. Я поддерживаю мнение о том, что нужно создавать такие локации, которые бы побуждали людей приходить туда и общаться друг с другом. То есть сами пространства должны стать «аттракторами».

10.jpg

Секрет таких пространств не так уж сложен: они должны быть интересными с точки зрения дизайна, в них должны быть места для сидения, столы и розетки для подзарядки девайсов. Кроме того, людям всегда приятнее общаться за чашкой кофе. Поэтому такие места, если это изначально не кафе, должны быть обеспечены соответствующими вендинговыми аппаратами. Понятно, что кампус – это не только кафе и вендинги. Это хорошо продуманный комплекс самых разных многофункциональных и специализированных пространств – больших, средних и малых, пересекающихся и перетекающих друг в друга. Наша задача – не только организовать их, но и продумать эти точки пересечения; маршруты, выводящие людей на междисциплинарные и межкультурные коммуникации.

Есть и еще один важнейший фактор, который мы должны учитывать. Сегодня уже нельзя подходить к кампусу просто как к территории с привязанными к ней объектами университетской инфраструктуры. Современный кампус 4.0 – это, прежде всего, сложнейшая социально-технологическая коммуникационная система; система взаимоотношений людей друг с другом и система отношений людей и новейших технологий. Такое видение кампуса обусловлено гибридной онтологией цифрового общества, характеризуемой отсутствием четких границ между реальностью и виртуальностью, благодаря беспроводной связи и цифровым технологиям.

11.png

Конечно, обеспечение всего кампуса такой связью и технологиями требует больших финансовых затрат. Именно это сейчас и сдерживает скорость полной цифровизации нашего кампуса. Но мы прекрасно понимаем, что в данном случае цель действительно оправдывает средства. Она дает огромные преимущества, позволяя даже относительно небольшим и удаленным от столиц университетам с меньшей концентрацией научных ресурсов не чувствовать себя «на периферии» международной академической жизни. Из нашего опыта приглашения зарубежных профессоров мы поняли, что кроме удовлетворения базовых потребностей (что само собой разумеется), для них чрезвычайно важно постоянно находиться в высокоинтеллектуальной среде и иметь возможность общаться с коллегами из разных стран. Гибридная онтология кампуса 4.0 предоставляет такую возможность. Приглашенные профессора, благодаря беспроводной связи и новейшим цифровым технологиям, не выпадают из привычной для них среды. Они могут в любой момент выйти на нужный им контакт в сетях, провести онлайн-лекцию, поприсутствовать виртуально на тех или иных мероприятиях.

Да, мы не можем изменить наш кампус, как в сказке, за одну ночь. И даже за несколько лет мы вряд ли сможем преобразить его настолько, чтобы он стал похож на сегодняшние кампусы университетов из первой сотни рейтинга QS. Но я уверен, что нам удастся сделать в кампусе многое, что будет притягивать к нам новых – отечественных и зарубежных – студентов и профессоров. Привлекательный кампус может быть не обязательно огромным и роскошным. Он может быть и совсем небольшим, но комфортным и интересным. Главное, чтобы при этом он был включен в систему глобальных научных и образовательных коммуникаций. А это для нас вполне реальная цель.

Ректор ТГУ Эдуард Галажинский


01.07.2019
В этой части мне хотелось бы более подробно остановиться на аргументах, почему Томск может и должен стать первым настоящим российским «городом-университетом»